... Иркутск
Доллар
Евро

Андрей Крючков: «Мы обязаны начать ликвидацию отходов БЦБК в 2019 году»

Экологическая обстановка в Иркутской области тесно связана с положением дел на Байкале и потому находится под постоянным и очень пристальным взглядом многочисленных структур: международных и российских, государственных и общественных, готовых помочь и готовых очень жестко критиковать. Работать над улучшением ситуации приходится, так или иначе, всему правительству Иркутской области, но в первую очередь — министерству природных ресурсов и экологии. В канун Нового года мы побеседовали с министром Андреем Крючковым об итогах 2018 года и планах на будущее.

О результатах проверки Счетной палаты

— Одной из самых обсуждаемых новостей последних месяцев стал отчет Счетной палаты РФ о результатах проверки исполнения федеральной целевой программы охраны озера Байкал. Заключение трактуют так, что 8,5 млрд рублей были потрачены впустую…

— Следует помнить, что Счетная палата говорит о сумме, которую выделяли на три региона, — Иркутскую область, Республику Бурятия и Забайкальский край. Они считают, что средства потрачены неэффективно, но что считать эффективностью? Федеральные средства выделяли на строительство четырех полигонов ТБО — в Иркутской области из них построено два, причем полигон считается полностью завершенным после постановки на учет в Государственном реестре объектов размещения отходов. Только после этого на полигон можно что-то вывозить. У нас построен полигон в Казачинско-Ленском районе, и с 1 января 2019 года он будет функционировать. По федеральной программе у нас шел также Черемховский полигон — мы его начали строить в 2017 году и должны были завершить в 2018 году. И область, и район завели на этот проект софинансирование, но федеральное правительство не подтвердило свои средства, 111 млн рублей, которые у нас уже были включены в соглашение. Федеральное министерство строительства сейчас объясняет это так: «Мы не строим объекты размещения, только объекты переработки». Мы вынуждены были выделить 35 млн областных средств, и на эту сумму работы в 2018 году выполнены. На следующий год выделим еще 100 млн из областного бюджета.


Андрей Крючков. Фото Александра Шудыкина

Это те два объекта, которые мы должны были построить по ФЦП, и они строятся. Плюс к этому мы строим жизненно важный полигон в Нижнеудинском районе, которого там не было никогда, и в 2019 году завершим строительство. Всего с 2014 по 2017 год в рамках ФЦП Иркутской области выделили 2,8 млрд рублей. Освоено за это время 2,6 млрд федеральных и 1,1 млрд из областного и местных бюджетов — всего 3,7 млрд. Небольшое расхождение между выделенным и освоенным, всего 200 млн, это в том числе и экономия из-за проведенных конкурсных процедур. Деньги были освоены, объекты построены — в частности, коллекторы очистных сооружений в Байкальске.

Почему Счетная палата говорит о неэффективности использования этих средств для Байкала? Хотя бы потому, что один из самых крупных объектов ФЦП на нашей территории — это очистные правого берега Ангары в Иркутске. Социально-экономическое развитие Иркутской области от этого объекта зависит в большой мере, а к Байкалу непосредственного отношения не имеет. Полигон в Казачинско-Ленском районе вписан в федеральной программе как необходимый для «социально-экономического развития Байкальской природной территории», как и полигон в Черемхово.

— Есть ведь ограничения на строительство, которые накладывает само федеральное законодательство — сложное и противоречивое?

— У нас есть ряд ограничений, в том числе и в правительственном постановлении № 643, которые мы хотим изменить, иначе мы ничего не можем строить. На сегодняшний день мы внесли предложения для включения в национальный проект по охране озера Байкал, который будет работать по поручению президента, — мы предлагаем мероприятия на сумму более 20 млрд рублей только федерального финансирования. Но чтобы это сделать, нужно предварительно отрегулировать федеральное законодательство. Этим сейчас занимается и минприроды, и наша наука, и НИИ правовой охраны озера Байкал ИГУ.

Надеюсь, что совместными усилиями мы придем к каким-то компромиссам, потому что сегодня мы должны строить очистные сооружения, соответствующие приказу № 63 Министерства природы РФ. А требования этого приказа кабальные, мы не можем построить такие сооружения, потому что все земли либо в нацпарке, либо в водоохранной зоне. У нас до сих пор нет точно определенных границ нацпарка, и мы сейчас занимаемся этим, чтобы была возможность поставить очистные сооружения в Хужире, Еланцах, Слюдянке и так далее.

— Много и часто в последнее время обсуждается проблема сбора сточных вод с судов на Байкале. Эти отходы будут собирать и сдавать на очистку?

— У нас было представление прокуратуры по этому поводу. Мы завершили проектные работы: нужно построить два причала — на Ольхоне и в районе Листвянки, у каждого причала будет стоять несамоходное судно, баржа, для приема сточных вод. Прежде чем начать работу над проектом, мы собрали всю нашу речную и озерную общественность, обсудили, где самая большая концентрация судов, где самые активные перевозки пассажиров. Вместе с ними мы и принимали решение о местах размещения причалов. Баржи будут новые, и строить, надеюсь, будут в Иркутске. Стоимость проекта предварительно 700 млн рублей. Все экспертизы и согласования мы прошли, сейчас эти предложения направлены в Минприроды для включения в проект охраны озера Байкал. Проект отрабатывается, и мы пока не видим, что там включено, а что нет.

Специализированное судно «Самотлор» будет продолжать работать, но у него есть проблема стоимости услуг, а на Байкале есть проблема жадности судовладельцев. Многие ведь считают, что можно не тратить средства на утилизацию отходов, а просто опустить трубку в озеро, и все. Сдают и сливают только самые ответственные. Остальные предпринимают всякие ухищрения, чтобы попасть в разряд маломерных или как-то иначе уклониться от этих расходов. Люди не думают, что когда-нибудь они туристов будут возить по озеру из фекальных стоков.

Мы будем продолжать работу, начатую на Втором Байкальском международном водном экологическом форуме, и будем награждать «Зелеными звездами Байкала» — в том числе вручать соответствующие сертификаты судовладельцам, у которых есть договоры о сдаче сточных вод. Мы договоримся с туристическими фирмами и агентством по туризму, чтобы они рекомендовали иностранным туристам только те суда, где есть такие звезды. Иностранцы — люди ответственные, за экологию очень сильно переживают, особенно за уникальное озеро Байкал. Для них судно со звездочкой будет то же самое, что «мишленовская звезда» для ресторана: есть звезда –значит, судно чистое и капитан ведет себя как надо. Для наших судовладельцев это будет дополнительная мотивация.

Проблема на миллионы тонн

— Очень много в уходящем году говорили и спорили о ликвидации отходов БЦБК. Почему процесс не начался?

— Сейчас ходит много разговоров о том, кто что знал и кто чего не знал по проекту «ВЭБ Инжиниринга». У нас есть поручение президента России и постановление правительства РФ об определении единственного поставщика услуг по этому проекту — компания «Росгеология». Старый проект, который нам достался в наследство, прошел и экологическую экспертизу, и Главгосэкспертизу. Никаких оснований для отказа от того проекта ни у кого не было. Более того, у нас его не было — он находился в распоряжении правительства РФ. Мы его запросили, совместно с «Росгеологией» на месте рассмотрели. Там стало понятно, что очистные сооружения уже разворованы. Хищения происходили, даже когда мы были на площадке. Многие внутренние коммуникации повреждены, и этим сейчас занимается дирекция по эксплуатации гидротехнических сооружений, которую мы создали специально для этого проекта. В этой дирекции работают люди, которые в прошлом работали на БЦБК, и они хорошо знают и ситуацию, и оборудование. В проекте «ВЭБ Инжиниринга» почему-то не были учтены многие источники загрязнения — в частности, 160 тыс. тонн черного щелока. По итогам нашей проверки «Росгеология» заявила, что исполнять контракт по этому проекту невозможно.

Технология «ВЭБ Инжиниринга» с самого начала вызывала сомнения. В Иркутске они экспертизу не прошли, проект отправили в Москву, потом опять в Иркутск, потом в Красноярск… Для нас основная задача в Байкальске такая же, как в Усолье-Сибирском с цехом ртутного электролиза: никаких саркофагов, никакого хранения на территории, никаких скважин по периметру для мониторинга грунтовых вод — источник загрязнения должен быть полностью убран с территории муниципального образования. Делать какое-то бетонирование или что-то подобное бесполезно. Отходы в картах БЦБК станут чуть более твердыми и не более, если сейчас они жидкие — будут кашеобразные или как высохшая глина, и все. Любые подвижки грунта плюс атмосферные осадки — и все вернется в исходное состояние.

— Что же можно сделать в таком случае?

— Либо что-то полезное, либо убрать с берега как можно дальше. Полезное — это почвогрунты. Если убрать воду с загрязняющими веществами, то при определенной обработке лигнин может быть прекрасным удобрением. Есть предложение технического университета: воду вымораживать, отходы прессовать в пеллеты и сжигать. Нужно смотреть, что именно получится, но мы ушли от идеи бетонирования. После вывоза лигнина карты можно рекультивировать и посадить там деревья и траву. Или — при условии, что исследования покажут полное отсутствие загрязнения, — можно попробовать в картах разводить рыбу. Если в Байкальске мы хотим развивать туризм, то почему бы не попробовать? Загрязненную воду мы сейчас хотим все-таки направить на очистные БЦБК, там поставить локальные очистные сооружения и уже из них направлять эту воду на очистные Байкальска. Доочищенные воды уже можно сбросить в водоем.

— Какие события и в какие сроки должны произойти в 2019 году?

— В 2019 году «Росгеология» будет производить опытно-промышленные работы и корректировку проекта. Мы заключили с ними дополнительное соглашение, они ведут эти работы за свой счет. В первой половине года проект, а точнее говоря, техническое решение, пройдет общественные обсуждения, пройдет обсуждение в научных кругах. До 30 июня 2019 года они должны подготовить окончательный проект с готовыми результатами экологической экспертизы и заключением Главгосэкспертизы по сметной стоимости проекта. В марте 2019 года на площадку БЦБК по поручению вице-премьера Алексея Гордеева Минприроды проведет совещание, и, если я правильно понимаю, на этом совещании хотят присутствовать депутаты Государственной думы из группы «Байкал». Если считать, что Главгосэкспертиза и экологическая экспертиза занимают по два месяца, то, получается, уже в марте «Росгеология» должна представить техническое решение на общественное обсуждение и для презентации делегации из Минприроды и Государственной думы.

— Шлам-лигнин и даже вода из карт не так опасны, как ртуть. Куда можно убрать ртуть с площадки «Усольехимпрома»?

— Как ни странно, но с ртутью в чем-то даже проще. В Российской Федерации есть специализированное предприятие, которое примет эти отходы и извлечет ртуть для дальнейшего использования. Все здания и сооружения будут разобраны, очищены в специальных ваннах определенными растворами, и после того, как класс опасности этих отходов понизится с первого до третьего-четвертого, эти отходы будут вывезены с территории Усолья-Сибирского на специализированный полигон промышленных отходов. Проектное решение по этому объекту уже готово. Главное, что мы не будем там строить саркофаг и еще по три-пять миллионов в год тратить на мониторинг его состояния. Если у нас в Усолье-Сибирском территория опережающего развития, то мы должны сделать все необходимое, чтобы никто не опасался работать из-за соседства с таким объектом.

Жить и работать по правилам

— Одна из самых интересных новостей 2018 года — в Иркутской области и Республике Бурятия разработаны правила для туристической отрасли. Ваше министерство принимало участие в этой работе?

— Мы готовили базу для этих правил, рассчитывали допустимую антропогенную нагрузку на побережье озера Байкал. Все эти данные мы передали нашим коллегам в агентство по туризму, которое как раз и прорабатывает правила по определенной методике. Сейчас правила проходят экспертизы и согласования, потому что все должны эти правила понимать и принимать. Нам нужен документ, который не ляжет на полку, потому что его «надо было сделать по предписанию прокуратуры». Нет, эти правила будут использоваться, будут регламентировать в том числе размеры единовременного посещения Ольхона. И когда мы введем правила и построим дорогу, то там уже не будет, как сейчас: есть дорога, и вокруг нее гоняют как угодно, как в фильме «Безумный Макс», на квадроциклах, разрушая тонкий слой почвы. Нет, будет чистая огражденная дорога, не будет пыли, не будет возможности съехать на обочину.

— В других регионах уже есть такие правила?

— Даже если есть, у нас они все равно уникальные, потому что у нас уникальное озеро Байкал, уникальная природная территория. За что ни возьмись — на поверхности кажется, что очень просто, а когда берешься, то начинаются качели: одним хорошо — другим плохо. Если не построить очистные сооружения — будет загрязнение водоемов, если построить — начинаются стоны, что заняли участок земли, создали вонь и грязь. У каждой группы интересов, у каждого ведомства есть свое мнение, есть свои интересы. Мы теоретически можем строить очистные, но построить так, чтобы они отвечали всем требованиям, не можем. Пока не изменится приказ № 63 Минприроды, построить очистные на Байкале невозможно, нет таких технологий ни у кого. По сути, там такая планка, что нужно взять воду, использовать, очистить и вернуть такой же, как взяли. Требования неисполнимые.

Над правилами туризма мы работаем совместно с Бурятией, потому что нельзя разделить озеро «тут ваше — тут наше», потому что нельзя загнать население в резервации — нет, люди должны жить у себя дома, на родной земле.

— А как быть с туристическими базами? С ними будет проще или сложнее?

— Мне трудно заранее оценить ситуацию. Туристические базы, по крайней мере, регулируют поток туристов, нет этой дикости, когда люди стояли где попало, заезжали на машинах прямо в озеро и мыли их там. Турбазы, конечно, должны соблюдать законы, но запрещать их и уничтожать нельзя — на базах есть хотя бы организованные стоянки, места сбора мусора. Мой коллега, министр экологии из Республики Крым, ездит по всей России и везде смотрит, как обстоят дела. Единственное место, куда он приезжал два раза подряд, — это к нам на Ольхон. И туристы не могут в октябре приехать на машине на один день или ночевать в палатке, нужен какой-то комфорт.

Безусловно, работу турбаз нужно контролировать, нужно соблюдать закон, нужно строить очистные. А сейчас в Ольхонском районе не могут строить ничего, потому что нет генпланов поселений, нет границ нацпарка — все из-за неоднозначности законодательства. 29 ноября на межведомственной комиссии по охране Байкала мы по поручению губернатора обозначили эту проблему: каждый трактует закон по-своему, иногда запрещают даже строительство школ. Законодательство нужно изменять синхронно: чтобы, с одной стороны, сохранить экосистему, а с другой — просто дать людям жить. Проблем целый ворох, люди не могут собственные дома по наследству передать.

— В Иркутской области общественность давно и активно участвует в охране природы. Вашему министерству это помогает или мешает?

— Очень много помогает. Совместная работа с Общероссийским народным фронтом по выявлению незаконных свалок, например, привела к тому, что мы уже, по предварительным результатам, вошли в десятку лучших регионов в стране. Сейчас мы проводим ликвидацию отходов еще в нескольких муниципалитетах, выделили 225 млн, так что в итоге мы будем одни из первых. Есть совместная работа и по выявлению незаконных карьеров, и по воспитанию молодежи. Есть, конечно, такие «эко-террористы», которые все выворачивают и формируют неправильное впечатление, но это скорее редкость. У нас огромный потенциал и большие перспективы, в том числе и по линии нашего молодежного правительства. Это всем интересно: для нас это поддержка, для ребят это фундамент будущего.


Просмотров: 1454

16:26, 17 июн 2019 г.

Решение суда арестовать Сергея Шеверду оставили без изменения

Иркутский областной суд 17 июня рассмотрел апелляцию на арест министра лесного комплекса региона Сергея Шеверды.

15:24, 17 июн 2019 г.

Аэропорт Иркутска зарегистрировал миллионного пассажира на месяц раньше, чем в прошлом году

В прошлом году воздушная гавань прошла этот рубеж на месяц позже

14:27, 17 июн 2019 г.

СО РАН поддержало кандидатуру Игоря Бычкова на пост ректора ИГУ

Президиум Сибирского отделения Российской академии наук поддержал кандидатуру академика Игоря Бычкова на выборах ректора Иркутского государственного университета.

08:00, 17 июн 2019 г.

Александр Матиенко и военный комиссар по Свердловскому округу Иркутска обсудили подготовку к акции «Гордость памяти»

На встрече с военным комиссаром округа Анатолием Михайловым обсуждались вопросы подготовки к военно-патриотической акции «Гордость памяти».