... Иркутск
Доллар
Евро

Александр Колчак – 100 лет прихода к власти

«Что, если бы Александр Колчак взял верх над большевиками?». Таким вопросом задалось агентство «Альтаир» накануне 100-летия событий в Омске и провозглашения Колчака Верховным правителем России 18 ноября 1918 года. Какой бы тогда была Россия, Сибирь, каким Иркутск, с которым тоже связана судьба Александра Вассильевича? Как изменился бы мир, стань это смелое допущение реальностью? Порассуждать на эту тему мы предложили иркутским историкам.

Без царя и коммунистов

Политолог, главный редактор газеты «Байкальские вести» Юрий Пронин считает, что на пути к победе Колчака лежали серьезные препятствия, поэтому она была маловероятна. Но если представить такой оборот событий, то Колчак (который не был политиком, как и все лидеры Белого движения) вряд ли отказался бы от власти, ибо эффект от его победы был бы очень сильным:

– Сами обстоятельства вынудили бы Колчака стать главой государства, но не все белые генералы вошли бы в его правительство, так как они тяготились властью. Политический режим был бы схож с франкистской Испанией либо с Аргентиной времен правления генерала Перона. Не думаю, что восстановили бы монархию, даже в символической форме. Если бы военная победа была одержана, то не раньше весны 1919 года, а к тому времени и Николай II, и все его близкие родственники, которые могли претендовать на престол, были убиты. Конечно, официальная идеология с пиететом относилась бы к монархическому прошлому. В то же время встал бы вопрос, как поступать с лидерами большевиков.

40-1.jpg
Верховный правитель России

Таким образом, большевистский период не стал бы 70-летним, а продлился бы года полтора-два, как якобинская страничка в истории Франции, отмечает эксперт. Без Белого террора не обошлось бы, потому что с руководителями большевистской революции надо было что-то делать, а совершили они даже за короткий период многое. Государственные репрессии не достигли бы масштабов Красного террора, но руководители большевиков – Ленин, Троцкий и другие – могли быть казнены, а их активные сподвижники в столицах и глубинке сели бы в тюрьму или лишились избирательных прав и прочих гражданских благ. Эксцессы в виде самосудов, конечно, тоже были бы, но не столько идеологические («классовые»), как при советской власти, а как месть родных и близких за тех, кто погиб и пострадал при Красном терроре, – отмечает Юрий Пронин. Как минимум на 20 лет, по его мнению, в стране установилась бы правая диктатура, но не с такой сильной идеологической составляющей, как в СССР.

Историк Сергей Шмидт также разделяет точку зрения тех историков, которые утверждают, что в случае победы любого лагеря белых в Гражданской войне Россию ждало некое подобие того, что произошло в Испании после победы Франсиско Франко:

– Я из тех, кто считает, что у белых были шансы на победу. Пафосные тезисы «Народ поддержал красных, и поражение белых было предопределено» мне кажутся чрезмерно завышенными. Поскольку в Гражданской войне вплоть до конца 1919 года все решалось во многом стечением обстоятельств. Сто лет назад ведь закончилась еще и Первая мировая война, благодаря которой появилась Чехословакия, и белочехи тут же вышли из Гражданской войны. Если бы этого не было, то неизвестно, чем бы все закончилось.

Развивая аналогию с Испанией при Франко, Сергей Шмидт сделал ремарку, что этим Франко мог быть совсем не Александр Колчак, а Деникин или Врангель. Это значило бы продолжение репрессий против всех условных социалистов и дальнейшее развитие периферийного капитализма с консервативной идеологией в виде православия. В перспективе – с переходом к неармейским, недиктаторским формам правления.

Сибирский вариант

Историк и политолог Алексей Петров заявил, что победа Колчака могла привести к отделению Сибири и Дальнего Востока от России, и здесь было бы совсем другое государство:

– А может быть, Сибирь и Дальний Восток были разными независимыми республиками. Эта была бы совсем другая история, связанная с предвоенными 1930-ми годами. Тува же была независимым государством, которое одним из первых объявило войну Германии. А в 1944-м присоединилась к СССР. Политический строй мог бы быть как в Ливийской Джамахирии, но, учитывая, что Александр Васильевич не выступал за единоличное правление, это могло быть демократическое государство с парламентским строем, как сейчас в скандинавских странах или Швейцарии, где президента избирают на один срок длиною в год. А Александр Васильевич писал бы мемуары о том, как спас Россию от Красного террора, – пофантазировал Алексей Петров.

Эксперт также предположил, что какие-нибудь силы в окружении Колчака могли начать борьбу за власть, и, соответственно, это бы привело к вопросу о присоединении к СССР. С той же степенью вероятности государство Колчака могло попасть под западное влияние и стать «европейским государством в Азии».

– Однако Гражданская война продолжалась бы долго, ведь обретшие силу большевики устроили бы тут серьезную партизанщину лет на десять. Конечно, при ресурсах, которые были бы у Колчака, большевики вряд ли смогли бы победить. Хотя кто знает – рабочих бы становилось все больше и больше, и в условные голодные годы вспыхивали бы бунты, вплоть до революции. При таком раскладе власть Колчака в 1920–1930-е годы мог бы низложить иркутский, красноярский или черемховский пролетариат, – отметил Алексей Петров.

Действительно, тогда в Иркутской губернии было два крупных города – Иркутск и Черемхово, и черемховские шахтеры играли большую роль в событиях 1917 года. Алексей Петров добавил, что стране нужен был уголь и роль Черемховского угольного бассейна усилилась. С другой стороны, уголь можно было бы активно продавать на Дальний Восток, в Японию. Потом нашли бы другие природные богатства, и Республика Колчака могла стать важным игроком в международной торговле, а жители Иркутска сейчас могли бы жить, как в Катаре.

А проиграл ли Колчак?

Иркутский историк Дмитрий Козлов прямо сказал, что не любитель альтернативной истории, но если играть по заданным правилам, то Александр Колчак как раз в чем-то победил.

– Если мы рассматриваем Колчака как диктатора, который предложил альтернативу демократическому развитию по пути Учредительного собрания, народной демократии, то эта диктатура потом была воплощена в жизнь большевиками. Такая вот улыбка истории – его подход реализован теми, кто с ним боролся.

Похожую, но более актуализированную точку зрения изложил историк и философ Павел Новиков, специализирующийся на исследовании событий Гражданской войны в Сибири:

– Эта тема крутится вокруг двух вопросов. Во-первых, красные были за приоритет интернациональных интересов, классовой солидарности и братства народов, а Колчак был за приоритет национальных вопросов – то есть интернационализм против национализма. Второй камень преткновения – частная собственность против общественной. Если мы задаем вопрос: «Что было бы, если бы Колчак победил?», то ответ: «Он победил, только не в 1918 году, а 1990-е». Современная Россия бесповоротно следует той социально-экономической модели, за которую выступал Александр Васильевич. Другое дело, что все это можно было сделать в 1920-е годы, со всеми вытекающими отсюда последствиями. И сейчас ситуация была бы, конечно, иной. Общественная и социальная реабилитация Колчака произошла именно поэтому – хотя большевики и победили в Гражданской войне, но, например, крестьяне Иркутской губернии на победу большевиков отреагировали сокращением посевных площадей в полтора раза.

По мнению Павла Новикова, два основных момента, на которые стоит обратить внимание, – это название страны (когда выиграли большевики, даже само слово «Россия» исчезло) и вопросы собственности. Финал – это другое. То ли Россия в 1918 году свернула не туда, то ли в 1991-м, но то, что нынешние порядки отражают взгляды Колчака и его сподвижников, говорит о многом, резюмировал эксперт.

Одномерная планета   

Юрий Пронин призвал не забывать и исторический контекст.

– К тому времени, когда Колчак стал Верховным правителем, Германия уже проиграла Первую мировую войну и не смогла бы опять принять большевистских эмигрантов, даже если бы они были. Что касается дальних перспектив, то Россия развивалась бы более сбалансированно, без таких испытаний и перекосов, как получилось в реальности. Наверное, мы первыми бы не послали человека в космос, но вокруг этого вообще не было бы острой межгосударственной конкуренции, так как отсутствовала бы идеологическая гонка со странами Запада.

В целом мировая история была бы гармоничнее, спокойнее, даже где-то скучной. Ближе к рецепту либерального «конца истории» от известного философа Фрэнсиса Фукуямы. У нас бы не было такого жесткого противостояния с ведущими странами Запада, по сути дела, миром правила бы западная коалиция с участием России. Поначалу наша зависимость от Запада была бы сильной, но затем стала бы меньше, я бы сказал – умеренной. Зато нацисты в Германии могли к власти не прийти либо с ними быстро разобрались. Вторая мировая война, если бы вообще произошла, не крутилась бы тогда между тремя точками – Германией, англо-саксами и Советским Союзом, потому что Россия бы примкнула к западному блоку, и с Гитлером покончили быстро. Вряд ли коммунисты пришли бы к власти в Китае – под влиянием России, США и Британии побелил бы гоминьдан (который сейчас контролирует лишь Тайвань), и вообще вся планета выглядела более одномерной. Не было бы столь масштабного и радикального национально-освободительного движения в Африке и Азии, оно было бы относительно мягким и постепенным. Ядерное оружие все равно изобрели бы, но не было бы такого арсенала, который мы получили после гонки вооружений. Здесь много «если», но история планеты пошла бы по-иному, стала бы, наверное, менее трагичной.

40-2.jpg
Редкий момент, когда Колчак улыбается. Обход с генералами Радолой Гайдой (справа) и Борисом Богословским строя чехословацких легионеров

Столкнулись две России

Ученые порассуждали и на тему, чего Колчаку не хватило для победы. Была ли она вообще возможна?

Сергей Шмидт сказал, что Александр Васильевич Колчак проявил себя как очень плохой политик:

– Одна из причин победы красных – ими руководили политики, а белыми командовали генералы. Политики понимают, что выиграть войну недостаточно, надо выиграть еще и мир – то есть обрести поддержку населения агитацией и пропагандой. Судя по всему, Колчак не понимал и/или недооценивал политические аспекты. Он как любой белогвардеец видел Гражданскую войну только как военные действия. Плюс ко всему он был слаб как политик еще и в практическом смысле, поэтому в случае его победы был бы отстранен от власти своими соратниками в течение года или двух. Например, бароном Врангелем. Возможно, Колчака отправили бы  на почетную пенсию, но, возможно, и в ссылку.

По мнению историка и философа Михаила Рожанского, Гражданская война и ее исход связаны с тем, что в 1918 году благодаря Транссибу и вопросу контроля над ним столкнулись две России.

– С одной стороны были те, чьи отцы и деды были крепостниками, люди, которые привыкли к одной модели отношений с так называемыми простыми людьми. С другой стороны были люди, которые сами ушли в Сибирь, у которых была совсем другая психология человеческих отношений и представление о том, сколько один человек может иметь власти. Вот что произошло в 1918 году и выразилось в мобилизации, карательных мерах, протестах, образовании отрядов и банд. Собственно, это определило к концу 1919 года исход войны. Когда мы говорим о Колчаке, то надо иметь в виду, что люди меняются. Когда читаешь мемуары тех, кто был рядом с колчаковским правительством, то один из частых сюжетов: верховный правитель — совсем другой человек, чем Александр Колчак, которого знали до гражданской войны. Поэтому для меня за допуском «если бы Колчак победил» возникает вопрос о том, был ли Колчак, который мог победить в этом столкновении разных Россий?

«Стремление к Советской власти неодолимо»

Это текст был бы не полным без мнения сторонника большевиков. За комментарием мы обратились к доктору экономических наук, видному активисту КПРФ Сергею Чупрову. Он отметил, что если бы Колчак все же победил, то победа его была бы мимолетной и не имела бы долговременной перспективы. Штыками можно победить, но усидеть на них нельзя, добавил ученый. Расправы над восставшим народом, тирания над большевиками дали бы прямо противоположный результат, да и Красная Армия к тому времени окрепла бы. Стремление к Советской власти было неодолимо, что и подтвердила дальнейшая история СССР и, особенно, Великая Отечественная война. Рано или поздно колчаковская власть была бы сметена, считает коммунист: 

– Мне представляется, что рассуждать о возможной победе Колчака в Гражданской войне можно лишь гипотетически, настолько мала ее вероятность. Накал противоречий был настолько высок, а революционный вихрь мощным, что с высвобождением невиданной энергии угнетенных вернуть Россию в царский формат было уже невозможно. Вы вдумайтесь в очевидные исторические факты: армии Колчака и других предводителей белогвардейского движения контролировали Россию изнутри, а страны Антанты «навалились» на нее извне, а у большевиков еще не было регулярной своей армии, чтобы противостоять им. И что? Сумели сломить волю народа к миру, справедливости, гуманизму? Нет! Революционный маховик стремительно набирал обороты, триумфально прокатился (это при тех-то еще средствах коммуникации в царской России?) по стране и покорить  народ вновь «миром насилья» было нереально.

Верность долгу на весах истории

Дмитрий Козлов дал довольно теплую оценку роли Колчака не только в российской истории, но и в чисто «иркутской»:

– Если говорить о современном Иркутске и «мифе Колчака», то Александр Васильевич на самом деле никуда не исчез. Он остался в истории, как генерал, как полярник, как человек, который любил женщину. Мы ведь об этом помним. Помните дело «сибирской бригады»? Эти омские поэты уже в те времена имели пиетет перед Колчаком. Судя по допросам, они воспринимали его как нового Наполеона, речь шла о развитии Сибири как отдельного края со своей экономикой и международными отношениями. Но это была чистой воды юношеская утопия, которая рассматривала отдельную фигуру как символ каких-то чаяний о будущей Сибири. Когда я думаю о Колчаке, мне на ум всегда приходит фигура лейтенанта Шмидта. Офицера, который во время революции 1905 года повел за собой матросов. Так вот Колчак – это лейтенант Шмидт, который оказался не в том месте, не в то время.

С этой точки зрения Александр Васильевич Колчак – трагическая фигура, – продолжает Дмитрий Козлов. – Он сохранял верность долгу и отстаивал честь русского офицера, но проблема соответствия вызова времени сказалась на том, как он смог реализовать эту альтернативу. Альтернативой рассматриваются в основном варианты развития Крыма при бароне Врангеле, который тоже пал под натиском большевиков. Сибирская альтернатива под управлением Колчака как реальность, которая не состоялась, выглядит не так убедительно. Колчак – довольно хрупкое основание, чтобы стянуть эту огромную территорию и направить ее в соответствии с новыми стратегиями развития.

40-3.jpg
Морской Харлампиевский храм в центре Иркутска, где в марте 1904 года венчались Софья Омирова и Александр Колчак 

Записал Виктор Лучкин / ИА «Альтаир»


Просмотров: 1507

16:26, 17 июн 2019 г.

Решение суда арестовать Сергея Шеверду оставили без изменения

Иркутский областной суд 17 июня рассмотрел апелляцию на арест министра лесного комплекса региона Сергея Шеверды.

15:24, 17 июн 2019 г.

Аэропорт Иркутска зарегистрировал миллионного пассажира на месяц раньше, чем в прошлом году

В прошлом году воздушная гавань прошла этот рубеж на месяц позже

14:27, 17 июн 2019 г.

СО РАН поддержало кандидатуру Игоря Бычкова на пост ректора ИГУ

Президиум Сибирского отделения Российской академии наук поддержал кандидатуру академика Игоря Бычкова на выборах ректора Иркутского государственного университета.

08:00, 17 июн 2019 г.

Александр Матиенко и военный комиссар по Свердловскому округу Иркутска обсудили подготовку к акции «Гордость памяти»

На встрече с военным комиссаром округа Анатолием Михайловым обсуждались вопросы подготовки к военно-патриотической акции «Гордость памяти».