... Иркутск
Доллар
Евро

«Пара месяцев изоляции – и крах»: иркутские эксперты поделились мнениями о последствиях «пандемического кризиса»

Пандемия новой коронавирусной инфекции набирает обороты. Мэр Москвы Сергей Собянин заявил, что в столице домашний режим самоизоляции должны соблюдать все жители, независимо от возраста. Премьер-министр России Михаил Мишустин призвал руководителей российских регионов ввести такие же ограничительные меры по борьбе с распространением коронавируса, как в Москве. По всей стране закрыты публичные места, школы и заведения сферы услуг.

К чему готовиться простому жителю России? С просьбой оценить возможный масштаб экономических потрясений, рожденных пандемией, мы обратились к иркутским экспертам, предпринимателям, экономистам и владельцам бизнес-проектов.

Надежда Грошева, декан сибирско-американского факультета ИГУ:

– Кризисные явления коснутся многих сторон экономики: начиная от проблем с занятостью и заканчивая проблемами в банковском секторе. Объективно, сейчас многие граждане не смогут выплачивать кредиты или ипотеку. Множество небольших бизнесов «схлопнулись». Та же самая аренда квартир: многие люди покупали квартиры и сдавали их в аренду, а сейчас они лишатся съемщиков. Весь малый бизнес, работавший напрямую с населением, столкнулся с проблемами. Люди не получают доход, не могут выплачивать зарплату и далее по цепочке. Частные детские сады, всевозможные частные школы, кружки, музеи – вся система под ударом. Когда эта сфера восстановится, будут ли желающие заниматься такого рода бизнесом – тоже большой вопрос.

Надеюсь, у государства хватит здравого смысла поддержать экономику финансово. Например, заморозить необязательные инфраструктурные проекты. В первую очередь нужно оказывать прямую поддержку малому бизнесу и населению в целом. Это может быть финансовая поддержка, кредитные каникулы по упрощенным процедурам и так далее. Нужно поддержать людей, потому что закредитованное безработное население не в состоянии помочь стране.

Экономика в целом, конечно, устоит. У российского бюджета существует запас прочности, деньги в стране есть. Вопрос в том, что сейчас необходимо сместить акцент государственной протекции крупных корпораций на поддержку народа. У крупных компаний тоже есть некий запас прочности, им проще кредитоваться и получить финансирование.

Долгосрочные последствия карантина сейчас просчитать трудно. Возьмем, к примеру, сдвижку сроков учебных каникул. Учебную программу так или иначе придется осваивать согласно плану, это означает смещение сроков окончания учебного года, что приведет к отсрочке отпусков. Бюджет сейчас платит зарплату неработающему населению. В нашем вузе стоит вопрос, что будет с концом семестра. Мы должны как-то компенсировать студентам выпадающую неделю. Соответственно, сдвинутся сроки сессии и рабочих дней преподавателей. Сократится отпуск, а значит, его нужно будет компенсировать – это дополнительные бюджетные деньги. И так по цепочке во всех областях.

История с пандемией еще долго будет аукаться. Но основа экономики – это люди. Если люди будут понимать, что все будет хорошо, это одно. А если люди станут переживать о том, что они будут есть, грядут паника и депрессия. Это скажется на экономике самым плачевным образом.

Александр Откидач, специалист по пиару, smm и продвижению в социальных сетях:

– Большинство молодых предпринимателей, которые открыли свой бизнес в последние два-три года самостоятельно, закроются. Абсолютное большинство. Это так называемый настоящий бизнес. Это предприниматели, которые скопили или попросили деньги у родных, взяли кредит. Я сейчас снимаю офис в «Доренберге», и здесь все такие. Это молодежь, кто-то кофе варит, кто-то шторы шьет, кто-то занимается дезинфекцией. Их не поддержит никакой закон, их ждет крах, и не факт, что они смогут подняться на ноги, поскольку пока попросту не успели окупить собственные вложения в бизнес.

Возьмем бизнесы покрупнее. Все предприниматели в сфере индустрии развлечений превратятся в бедняков. У них, конечно, накоплено побольше «жирка», но им и падать больнее. Индустрия развлечений – это огромная численность персонала, которому надо платить зарплату. Это массы закупленных и нереализованных продуктов. Да, многие переориентируются на доставку, но процент людей, которые заказывают доставку из ресторанов, мизерный. Самый популярный ассортимент доставки – это условные «пицца, роллы и суши». В ресторан мы ходим за ресторанной подачей «здесь и сейчас». Кто обрадуется стейку, привезенному через полчаса после готовки? Переход на доставку – это агония, это желание сохранить повара и избавиться от максимального количества продуктов. О прибыли здесь речи быть не может.

Третье – это рынок строительных материалов и стройка вообще. В Россию не приехали тысячи условных «таджиков», которые должны были построить тысячи объектов. Несколько знакомых прорабов уже не дождались рабочих. Поскольку не будут строиться объекты, не будут закупаться материалы. Магазины и крупные логистические центры остались без сбыта, зато с товаром и арендными платежами. Мой знакомый занимается продажей стройматериалов. Только на содержание персонала на этой неделе он потеряет полмиллиона рублей. Это без учета налогов. При этом на текущей неделе он не сможет ничего продать, поскольку у него стоит онлайн-касса и за ним следят «вежливые люди».

Это только мое окружение, а если вспомнить про крупный бизнес, например авиаперевозчиков? Представляете, какие там убытки? Это самолеты, топливо, охрана, персонал. Там люди теряют миллионы каждый день. Другой мой товарищ занимается пошивом спецодежды. Когда цены на нефть упали, а курс доллара взлетел, его фирма все средства вложила в закупку материалов. В России нет необходимых тканей, все везут из Китая. Все деньги ушли, а ткани так и не пришли, потому что закрыты границы. В итоге у них нет денег и материалов, взять ни то ни другое неоткуда, потому что выполнять заказы они не могут. Вчера были очень богатые, сегодня – очень бедные.

Ситуация печальная. Выиграет либо тот, у кого ничего нет, либо тот, у кого и так все есть.

Олег Яценко, директор Иркутского центра профориентации PROF.Navigator, бывший председатель Иркутского регионального отделения организации «Деловая Россия»:

– Резкое падение спроса приведет к тому, что закончит существование масса мелких и средних предприятий. Конечно, правительство предпримет какие-то меры, но многие предприятия попросту не смогут восстановиться. Я надеюсь, что к концу апреля эпидемия пойдет на спад и люди вернутся к работе. В этом случае последствия будут, но постепенно люди вернутся в нормальный ритм жизни, пусть и не в прежних объемах. Труднее всего придется туристическим и сервисным компаниям, авиаперевозчикам. По итогам кризиса спрос упадет на 50–60 процентов по всем направлениям предпринимательской активности. В лучшем случае он начнет восстанавливаться к концу года.

На мой взгляд, правительство попытается уберечь страну от эффекта домино. В критических ситуациях люди стараются поддерживать друг друга. Эффект домино возникает, когда банки, арендодатели, либо инфраструктурные институты типа энергетиков, либо госструктуры начинают душить бизнес: мы вас отключаем, выгоняем и прочее. В этом случае эффект домино возможен. Но все прекрасно понимают, что такие действия самоубийственны. И об этом надо говорить, чтобы люди понимали последствия.

Я далек от оптимизма, но мне кажется, что в ближайшее время медицина скажет свое слово, появятся вакцины и лекарства, будет отработан способ борьбы с вирусом. И хотя пик пандемии еще впереди, к концу мая люди вернутся к более-менее нормальной жизни. Надеюсь, что кризис не будет затяжным. Конечно, если карантин затянется на несколько месяцев, то ситуация выйдет из-под контроля. Невозможно столько времени удерживать людей дома. Один-два месяца еще потерпеть можно, но дальше будет крах. Надеюсь, этого не произойдет и с июня начнется возвращение к обычной жизни.

Сергей Перевозников, фермер, сыродел, предприниматель:

– Предприниматели поделились на три категории. Первые ведут себя как кошки, которые прикидываются незаметными в чистом поле. Вторые – как зайцы во хмелю: «нам все равно, будем делать все, что планировали». Третьи наблюдают и строят прогнозы. Они ждут, как будет протекать эпидемия, к чему приведут панические настроения и как отреагируют власти. Пытаться делать прогнозы на этих основаниях – это строить замки из песка. Мой подход – следить за «погодой» и реагировать, идти галсами в бушующем море. То, что мир не будет прежним, факт.

Вследствие кризиса люди начнут по-другому считать деньги. Революция, о которой так долго говорили большевики, свершилась. Думаю, последние ростки свободы предпринимательской активности на долгое время уходят на запасные пути. От кризиса выиграют те, у кого есть деньги, остальные проиграют. Но если вести себя разумно, пока не скажу, как именно, то есть шанс «проскочить» и выйти в плюс.

Возьмем простую аллегорию. Некоторые автомобилисты, поворачивая, притормаживают и выходят из поворота с замедлением. Другие заканчивают поворот ускорением. Лично я попытаюсь выйти из кризиса с ускорением, для чего совершаю определенные действия. Но, поскольку пока резкость и длина «поворота» неочевидны, говорить о прогнозах глупо. Конечно, не все пропало. Человечество точно не умрет, но в каком количестве мы встретим утро следующего года, пока неизвестно. Думаю, нынешняя ситуация неопределенности продлится до зимы.

Михаил Дронов, шеф-редактор медиа-группы «БайкалТелеИнформ»:

– На мой взгляд, всем уже понятно, что объявленные на этой неделе «выходные» – детский сад, паллиатив, решение, чтобы оттянуть время. Возможно, это и правильно (и в «верхах» разрабатывается более серьезный план, не на коленке). Но за неделю ситуация не рассосется – эпидемия если и приторможена, то лишь чуточку. Реальной же мерой может стать тотальный карантин: либо сразу на федеральном, либо (и скорее всего) на региональном уровне. Карантин же ставит вопрос о том, кто за него заплатит: он означает бессрочное (по сути – до изобретения надежной вакцины против COVID-2019) закрытие тысяч производств и бизнес-структур. И тысячи предпринимателей и работников останутся без средств к существованию. В госсекторе ситуация иная – вроде бы как работодатель государство Российское вполне себе платежеспособно и может платить своим работникам «зарплату за безделье» довольно долго, резервы есть… Но это лишь на первый взгляд: ведь эти резервы формируются из доходов «нефтяной трубы», с которой сейчас дела более чем тревожны. А налоговая рента с других бизнесов будет падать.

Так что и применительно к частному сектору, и к государственному – в ближайшие месяцы-год ребром встанет вопрос: как и за чей счет будет обеспечиваться существование населения в стране с парализованной экономической жизнью? Вопрос открытый и имеет явный политический привкус. Совершенно непонятно, каких масштабов может достичь давление на власть, особенно в крупных городах, и какова будет реакция власти, не очень-то привыкшей считаться с подданными… По сути же, повторюсь, встанет вопрос о перераспределении ренты с остающихся ликвидными экономических активов страны.

Из хороших же прогнозов – это усиление того немногочисленного (в пределах 10–12 процентов), но активного класса страны, который готов выживать в условиях абсолютно либеральной (и даже  либертарианской) экономики. Именно эти люди будут развивать независимую от государства дистанционную торговлю, IT-сектор и даже наукоемкие и роботизированные производства (не очень масштабные, конечно) – отрасли, которые получат полезный толчок от всероссийского кризиса.

Вадим Мельников / ИА «Альтаир»


Просмотров: 3965

Яндекс.Метрика